В обновленной информации, подготовленной Адерито Гаспаром (Adérito Gaspar), координатором Комитета по управлению проектом Лухинга (Lunhianga) компании Endiama, указывается на падение объема добычи из-за пандемии, но отмечаются хорошие перспективы, что касается потенциала кимберлита Камача (Camatchia), находящегося в разработке, и кимберлита Камажику (Camagico), оба из которых расположены в провинции Северная Лунда (Lunda-Norte) на востоке Анголы.
Каким вы видите будущее алмазной отрасли Анголы, столкнувшейся с COVID-19?
Наша продукция хранится на складе в пункте назначения, которым является SODIAM [ангольская компания по торговле алмазами], что позволяет сначала идентифицировать клиентов, являющихся покупателями этой продукции, а затем разгрузить проекты, на которых все еще ведется производство.
Как пандемия повлияла на работу проекта Лухинга?
В плане производства мы поддерживали основную деятельность, а именно добычу, хотя у нас были проблемы с логистикой и мобильностью персонала из-за ограничений, наложенных пандемией. Самым большим препятствием для проекта является финансовое, так как серьезно пострадали мировые алмазные рынки. Поскольку нет заказчиков на продукцию, проект испытывает трудности с денежными потоками. Однако мы верим, что наступят лучшие времена.
Какие меры были приняты для предотвращения нового распространения коронавируса?
На проекте реализованы профилактические мероприятия. Прежде всего был изолирован персонал. Мы работаем на основе ротации, и у нас есть ряд рабочих и сотрудников, которые обслуживают основные службы.
Гарантировано ли сохранение рабочих мест?
Сокращение персонала не входит в нашу повестку дня. Мы выступаем за сохранение занятости и поддержки экономического положения семей.
Сколько человек работает на проекте?
На проекте Лухинга работает 358 человек, большинство из которых пришли со старого проекта Луо (Luô). Мы проводим набор персонала на определенные участки работы.
Диас Франсиско, корреспондент Rough&Polished в Анголе
