GIA открывает новую лабораторию в Дубае

Геммологический институт Америки (GIA) открыл новую современную лабораторию в Дубайском центре биржевых товаров (DMCC).

23 февраля 2024

Anglo American планирует сократить эксплуатационные и капитальные затраты за три года

Anglo American намерена сократить свои ежегодные эксплуатационные расходы на $1 млрд, а капитальные затраты - на $1,6 млрд в течение следующих трех лет, одновременно уменьшая объемы добычи убыточного сырья.

23 февраля 2024

Lucara добыла новые крупные алмазы на руднике Карове

Lucara Diamond добыла алмаз весом 320 каратов, 111 каратов и два камня весом более 50 каратов на принадлежащем ей алмазном руднике Карове (Karowe) в Ботсване.

23 февраля 2024

Выручка Newmont в 2023 году не изменилась, производство золота сократилось на 7%

Корпорация Newmont объявила, что ее выручка за весь 2023 год практически не изменилась и составила $11,8 млрд по сравнению с $11,9 млрд в предыдущем году. Компания также отчиталась об убытке в $2,48 млрд за прошлый год.

23 февраля 2024

Председатель Кимберлийского процесса посетил ЦАР для оценки перспектив восстановления торговли алмазами

Ахмед Бин Сулайем (Ahmed Bin Sulayem), нынешний председатель Кимберлийского процесса (КП) от ОАЭ, совершил визит в Центральноафриканскую Республику (ЦАР), чтобы оценить ситуацию в алмазном секторе страны.

22 февраля 2024

Кризис в отрасли, связанный с Россией: формулировка санкций

27 марта 2023

Автор: Ави Кравиц (Avi Krawitz)

(rapaport.com) - Кризис, связанный с Россией, вынуждает алмазную торговлю вывести ответственный выбор поставщиков на новый уровень. Учитывая долгую историю решения репутационных проблем в отрасли, продолжающаяся военная операция на Украине добавляет новое измерение.

24 февраля 2023 года, в первую годовщину начала военной операции России на Украине, лидеры стран «Большой семерки» (Group of Seven, G7) подтвердили свою приверженность усилению беспрецедентных и скоординированных санкций и других экономических мер для дальнейшего противодействия России.

Намеченные шаги включают совместную работу G7 - Канады, Франции, Германии, Италии, Японии, Великобритании и США - над дальнейшими мерами, касающимися российских алмазов и бриллиантов, учитывая «значительные доходы, которые Россия извлекает из экспорта алмазной продукции», говорится в заявлении группы.

Это широкие и неопределенные декларации; выражение намерения работать над новыми мерами, касающимися алмазной продукции, а не принимать их немедленно. Ожидается, что процесс создания и внедрения правил займет несколько месяцев, подчеркнул Комитет по надзору в ювелирной отрасли (Jewelers Vigilance Committee JVC), который будет консультировать Государственный департамент США по отраслевым вопросам, связанным с санкциями.

На данный момент заявление G7 вызвало дискуссии в рамках торговли о характере таких дополнительных мер. Санкции, скорее всего, коснутся АЛРОСА, крупнейшего в мире производителя алмазов по объему, 33% которого принадлежат Российской Федерации.

Существенная трансформация

Если быть точным, новые запреты касаются вопроса «существенной трансформации» - пути, по которому действующие санкции США по-прежнему позволяют ввозить в США бриллианты российского происхождения, если они прошли огранку и полировку в третьей стране, как поясняет JVC.

Некоторые утверждают, что такой импорт незаконен даже в условиях действующих санкций США. Но это упрощенный подход, утверждает бывший сотрудник Министерства финансов США, пожелавший остаться неназванным. Он подчеркивает, что ключевой вопрос заключается в том, заинтересована ли АЛРОСА по-прежнему в этих товарах. «Тот факт, что они поступили от компании АЛРОСА, не означает, что они по-прежнему подлежат санкциям, если имеет место законная независимая продажа, которая нарушает их интересы», - объясняет он.

Например, если АЛРОСА продаст свое алмазное сырье на условиях консигнации стороннему производителю бриллиантов, такие бриллианты будут подпадать под действующие санкции. Или, если российская алмазодобывающая компания продавала бы свое алмазное сырье через партнерство, чтобы получить долю прибыли от произведенных из него бриллиантов, как это делают некоторые алмазодобывающие компании, такие бриллианты также не подходили бы для импорта в США.

Однако АЛРОСА обычно продает свое сырье, и на этом все. Таким образом, в нынешней ситуации, если производитель бриллиантов покупает алмазное сырье у АЛРОСА и производит бриллианты из него в другом месте, такие товары технически могут быть ввезены в США. Камни могут пройти огранку, например, в Бельгии, Индии, Израиле или Объединенных Арабских Эмиратах (ОАЭ) - странах, которые не ввели санкции в отношении российской алмазной продукции.

Регулирование прослеживаемости

Это привело к тому, что крупные ювелирные сети, бренды и ответственные независимые компании стали применять свои собственные стандарты цепочки поставок, чтобы гарантировать, что происхождение их поставок не будет российским. Теперь Государственный департамент хочет регулировать торговлю, чтобы такие правила применялись во всей отрасли и на ключевых международных рынках, распространяясь на страны G7. Они, вероятно, распространятся на Европейский Союз, и особенно на Бельгию - за компанию.

Пока еще слишком рано точно говорить о том, что будут охватывать такие правила, но они, вероятно, будут включать некоторые аспекты прослеживаемости, говорит Сара Юд (Sara Yood), юрисконсульт JVC. Но Государственному департаменту вместе со своими коллегами из G7 все еще нужно изучить вопрос, к чему это может привести.

Потребуется ли, чтобы компании приняли одну из многочисленных программ проверки источников, разработанных в отрасли? В таком случае такие технологии, как блокчейн или QR-коды, будут играть еще более важную роль в торговле. Или, может быть, будет достаточно отметки в счете-фактуре, в которой указывается, откуда поступили товары. Некоторые могут предположить, что подходящим инструментом будет Система гарантий (System of Warranties, SoW) Всемирного алмазного совета (World Diamond Council, WDC). Однако план саморегулирования, предложенный WDC, увязывает поставки с соблюдением требований Кимберлийского процесса (Kimberley Process, КР) - схемы, участником которой по-прежнему является Россия.

Существует множество вариаций и комбинаций этих программ, которые можно было бы рассмотреть для нового проекта. Неудивительно, что на его формулировку и реализацию уйдут месяцы, а не недели.

На этот раз все по-другому

Также возникает вопрос, будут ли такие меры применяться только к алмазной продукции российского происхождения или ко всему спектру предложений.

Это не первый случай, когда вопрос существенной трансформации создал - или должен был создать - трудности для отрасли. США ввели санкции в отношении зимбабвийских алмазодобывающих компаний и поставок алмазного сырья из страны еще в 2011 году, и они действуют до сих пор.

По данным неправительственной международной организации Страж прав человека (Human Rights Watch, HRW), они были введены в действие после того, как правительство Зимбабве захватило алмазное месторождение Маранге (Marange) в ходе операции 2007 года, в результате которой погибло более 200 старателей, работавших на месторождении.

Если правительство США и рассматривало возможность существенных преобразований в отношении алмазной продукции, происходящей с месторождения Маранге, оно делало это втихаря. Кроме того, торговым представителям или их средствам массовой информации едва ли приходило в голову ставить это под сомнение серьезным образом. Вероятно, это было связано с тем, что на Зимбабве приходится небольшой процент мировых поставок алмазного сырья. Это также могло быть связано с тем, что в то время не было систем прослеживаемости для контроля получаемых из него зимбабвийских бриллиантов. Производители бриллиантов в то время утверждали, что практически невозможно отделить поставку из различных источников алмазного сырья в производственном процессе.

Сегодняшняя проблема в отношении российских товаров отличается тем, что на долю АЛРОСА приходится такая большая доля мирового предложения - 27% по объему, согласно оценкам Rapaport, основанным на данных КР за 2021 год. Кроме того, отрасль постепенно работает над программами проверки источника и отслеживания, которые делают это возможным. Кризис, связанный с Россией, ускорил эту работу, в то время как включение систем прослеживаемости в регулирование является новым элементом, который раньше, возможно, не рассматривался.

Восполнение пробелов

Действительно, путь алмазной отрасли к ответственному выбору поставщиков был долгим. И этому, вероятно, нет конца, поскольку всегда будут новые проблемы, новые элементы, которые необходимо учитывать, и усовершенствования, которые необходимо внести.

Этот путь, возможно, начался с создания КР в 2003 году. Схема была создана для мониторинга трансграничного потока алмазов, чтобы гарантировать, что они не финансируют повстанческие группы, участвующие в гражданской войне. Однако определение «конфликтных алмазов» ограничивало (и до сих пор ограничивает) сферу применения КР, позволяя ускользать от внимания алмазам, которые добыты с нарушением прав человека или с применением насилия, и которые финансируют террор или добыты в результате других злодеяний.

Такие лазейки были выявлены в связи с инцидентом в Зимбабве, поскольку преступником была не повстанческая группа, а государственная организация, которая извлекала выгоду из прибыли от алмазов с помощью своих мошеннических действий. Кроме того, это правительство было участником КР и сумело пролоббировать не только то, чтобы оставаться им, но и стать ее председателем на 2023 год.

Поэтому отрасль была вынуждена обратиться в другое место для того, чтобы предоставить этические гарантии потребителям, которые становились все более чувствительными к вопросам ответственного выбора поставщиков. В 2005 году был основан Совет по ответственной практике в ювелирном бизнесе (Responsible Jewellery Council, RJC) для решения более широкого круга вопросов, которые на тот момент уже не решались в КР. В том же году De Beers запустила свои Принципы передовой практики (Best Practice Principles, BPP), чтобы побудить заинтересованных участников отрасли применять передовой опыт в других областях отрасли, не охваченных КР, для обеспечения этичных поставок алмазов, поясняет компания на своем веб-сайте.

И RJC, и Принципы передовой практики, запущенные De Beers, рассчитывали на то, что компании будут придерживаться их соответствующих стандартов, и поощряли членов - по крайней мере, в рамках структуры RJC - вести дела друг с другом, чтобы обеспечить ответственную цепочку поставок.

Signet Jewelers, которая принимала активное участие в создании RJC и до сих пор является ее председателем, объявила о своих Протоколах ответственного выбора поставщиков (Responsible Sourcing Protocols) для золота, олова, вольфрама и тантала в 2011 году и своем протоколе для алмазной продукции в 2017 году. Это были стандарты, которые поставщики Signet - крупнейшей ювелирной компании в США - должны были выполнять, и они всячески поощряли членство в RJC.

Благодаря этим и другим программам отрасль смогла решить более широкий круг вопросов, связанных с ответственным выбором поставщиков. Они касались не только отраслевых каналов сбыта, но и других неотложных вопросов, таких как окружающая среда и равенство, которые становились все более важными для потребителей. Торговля также затронула вопросы управления и соблюдения требований, обновив свои стандарты в соответствии с требованиями банков и регулирующих органов после финансового кризиса 2008 года.

Бриллианты известного происхождения

Однако, хотя эти инициативы основывались на обязательствах участников по соблюдению ряда стандартов, они не касались отдельных бриллиантов. Всегда возникал вопрос, могут ли быть введены в действие программы прослеживаемости цепочки поставок для бриллиантов, учитывая, что они много раз переходили из рук в руки, прежде чем попасть к потребителю.

За последние пять лет технологии изменили это восприятие и реальность. Блокчейн позволил компаниям создать цифровой след и отслеживать сделки с алмазами и бриллиантами по мере смены владельца. Это дало компаниям возможность узнать своих поставщиков и поставщиков своих поставщиков, чтобы розничный ювелир мог уверенно заниматься продажами.

Программы компаний De Beers, Sarine Technologies, Американского геммологического института (Gemological Institute of America, GIA), Everledger, iTraceiT и других разрабатывались в последние несколько лет, даже если отрасль медленно их внедряла. Мы рассмотрим эти инструменты более подробно в следующем выпуске нашей серии из трех статей о кризисе в отрасли, связанном с Россией.

С их помощью компании могут рассказать историю своих поставок бриллиантов, начиная с добычи на руднике, последующей огранки и полировки камней и оптовой продажи ювелирных изделий, и заканчивая розничной торговлей, гарантируя, что они не только не причинили вред, но и внесли положительный вклад в жизнь общества.

Ожидается, что камни с таким происхождением будут продаваться с премией, даже если в настоящее время они не могут быть проданы. Они демонстрируют, что ювелирное изделие увеличивает стоимость за счет своей ценности таким же образом, как качество бриллианта различается по показателям «4С» (вес в каратах, цвет, чистота и огранка). Действительно, в Отчете De Beers о состоянии отрасли (De Beers Diamond Insight Report) за 2021 год подчеркивается, что соображения экологической устойчивости стоят наравне с ценой и дизайном для потребителей во всем мире при покупке бриллиантов.

В отчете говорится, что большинство покупателей были готовы платить больше за бренды природных бриллиантов, которые могли бы продемонстрировать, что они работают ответственным образом с экологической и социальной точек зрения.

Ценности бренда

В конечном счете, именно люксовые бренды продвигают и ведут эту повестку дня, потому что это имеет экономический смысл. Кроме того, они в большей степени, чем другие, сталкиваются с репутационным риском, если их предложение не отвечает соответствующим этическим стандартам. Эти бренды основаны на историях, которые они рассказывают, и их ценности являются ключевым элементом этой истории.

Это, наряду с уже изложенными инициативами «Знай своего поставщика» (Know-your-supplier), вынуждает остальную часть отрасли придерживаться менталитета, более ориентированного на бренд. В конечном итоге это приведет к серьезному сдвигу на алмазном рынке в сторону усиления брендинга.

Регулирование таких требований ускорит внедрение программ цепочки поставок в отрасли, независимо от окончательного характера санкций. Новые меры подчеркнут ценность дифференциации бриллиантов с желаемым происхождением от бриллиантов без такого происхождения.

Штампованые решения

Примечательно, что заявление поступило от G7, а не только от США. Это заставляет другие центры следовать примеру, установленному США в прошлом году. Это оказывает давление на ЕС, - особенно на Бельгию, которая традиционно является крупнейшим рынком сбыта российских алмазов, - чтобы она применяла санкции, которые до сих пор не решалась ввести. Антверпенские торговые круги утверждали, что эти товары все равно поступят на рынок. И они поступали в прошлом году, как указано в февральском Исследовательском отчете компании Rapaport (Rapaport Research Report). Со стороны кажется, что Антверпен также опасается потерять долю рынка в пользу других центров, которые продолжат свободно торговать российской алмазной продукцией, в частности, рынки Индии и Дубая.

Антверпен приветствовал заявление G7, указав на его более широкое и эффективное действие, чем если бы ЕС действовал в одиночку.

«Благодаря контролируемому доступу к 70% рынка G7 может создать полностью отслеживаемую и защищенную систему, которая оказывает реальное влияние на рынок, - отмечает представитель Антверпенского всемирного алмазного центра (Antwerp World Diamond Centre, AWDC). - AWDC считает, что это шаг в правильном направлении, и мы будем поддерживать принимаемые усилия по выполнению этой миссии».

Представитель добавляет: «Сам за себя говорит тот факт, что успех такого решения связан с Индией, где огранку и полировку проходят 95% алмазов. Мы всегда будем сопротивляться принятию простого штампованного решения».

Возможность увеличения стоимости

Возможно, требуется более широкий взгляд. Сегменты торговли и компании на этих рынках должны рассматривать будущие санкции как возможность выделиться на рынке в потоке компаний, отобранных с использованием ответственного подхода к выбору поставщиков. Хотя новые меры, рассматриваемые G7, будут нацелены на российские алмазы, они должны решить вопрос существенной трансформации независимо от происхождения алмазной продукции.

Кроме того, включение программ прослеживаемости в процесс регулирования дает возможность охватить в ходе обсуждения более широкий круг вопросов, таких как экологические, социальные и управленческие вопросы (environmental, social and governance, ESG). Это могут быть менее неотложные проблемы, но они, вероятно, будут иметь долгосрочное значение, гораздо дольше после разрешения военного конфликта на Украине.

Кризис, связанный с Россией, требует срочных действий со стороны правительства и торговли. Санкции, которые находятся в разработке, заставят компании в тех странах, которые их вводят, быть силой добра.

Есть надежда, что они направят отрасль к созданию ценности, связанной с происхождением. В конечном итоге это приведет к повышению ценности, которую представляют эти бриллианты.