Посвященные потребительскому рынку СМИ весь этот год говорили о возвращении потребителя предметов роскоши, пишет портал www.nationaljewelernetwork.com. Так, рассказывалось о том, что один ювелир из Коннектикута, торгующий дорогими изделиями, продал часы за $490 000, а ведь эта продажа едва ли привлекла бы внимание три года назад, когда покупатели с деньгами, которые можно было прожечь – или кредитными картами, которые можно было опустошить, – все еще охотно тратили свои средства.
Теперь, после бурного 2009 года, который едва не сбил с толку и ювелиров, и потребителей, американский рынок предметов роскоши обнаружил себя в совершенно новой ситуации, с новыми отношениями между игроками и новыми подходами к ведению торговли. Для ювелиров это означает необходимость обслуживать потребительское мышление, которое во многом изменилось под влиянием рецессии.
За полтора столетия марка Chopard видела свои взлеты и падения и испытала на себе бурный водоворот 2009 года.
«В последние два года никто не оказался неуязвимым, - говорит президент и генеральный директор Chopard Марк Хрушка (Marc Hruschka). - Это было очень интенсивное время. Требовалось полная сосредоточенность на бизнесе».
Хрушка рассказывает, что в этом году на выставке BaselWorld Chopard представил новые простые украшения, но это не было для бренда драматическим поворотом.
Частная швейцарская компания Chopard, управляемая семьей Шойфеле, остается крупным игроком в сфере роскоши, прежде всего, благодаря передовому образу мышления, говорит Хрушка.
«Решения, принятые на ближайшую перспективу, всегда имеют влияние на долгосрочную жизнеспособность компании и ее марки, - говорит он. [Семья Шойфеле] всегда чрезвычайно консервативна и хорошо осведомлена о своих потенциальных инвестициях».
Вертикальная интеграция также всегда находилась в центре внимания Chopard, что позволяет компании сохранять самостоятельность. Кроме того, крайне важным всегда оставалось пристальное внимание к финансовому состоянию.
«Мы продолжаем вкладывать капитал непосредственно в сам бренд, в новые образцы дизайна и новые продукты, но, как и у всех марок, если доход уменьшается, должна меняться и структура расходов, и на локальном уровне, и в международном масштабе - от маркетинга и публичных мероприятий до производства, - чтобы оставаться заметным и жизнеспособным брендом», - говорит Хрушка.
Компания Chopard остается весьма заметной в период празднования своей 150-й годовщины, события, особо значимого в год, когда пали даже крупные отраслевые имена. Например, компания Henry Dunay Designs продала за $3,5 миллиона свой товарный запас и свою марку после подачи заявления о банкротстве.
На привлекших большое внимание мероприятиях в Базеле и Нью-Йорке (во втором случае с участием крупнейших звезд Голливуда) Chopard представила своей летающей частными самолетами клиентуре коллекцию haute joaillerie «Животный мир», специальную юбилейную линию уникальных драгоценностей и часов.
В то время как идея скидок, возможно, не относится к ультрабогатым потребителям, которые оказались не очень затронуты кризисом, она могла бы в большой степени воздействовать на сектор рынка предметов роскоши, который некогда обслуживал состоятельных покупателей – «приверженцев» люкс-марок, т. е. потребителей с годовыми доходами на домохозяйство в диапазоне $100 000-$250 000.
«Продавцы предметов роскоши должны понять, что они не смогут выжить только за счет высоких расходов ультрасостоятельных потребителей, - говорит президент Unity Marketing Пэм Дэнзигер. – Таких только 2,5%».
Сегодняшний богатый «приверженный» потребитель продолжает действовать осторожно, и этот новый подход оказывает глубокое влияние на рынок.
«Главным теперь является потребитель, и это отрезвляющее возвращение в реальность для большого количества брендов класса люкс и маркетологов, которые на деле рассматривали себя как лидеров мнения потребителей», - говорит Дэнзигер. После того, как в течение года потребитель извлекал выгоду за счет скидок, он привык к новым идеям о значимости товаров.
«Примета нового времени в том, что люди не готовы платить бешеные деньги за вещи, которые не отвечают их представлениям о качестве или стиле», - говорит Дэнзигер.
Клиент-«приверженец», который, возможно, думал раньше о том, чтобы спустить $1 500 на дизайнерский пиджак, во время спада осознал, что может купить равнозначную вещь дешевле в другом магазине, объясняет Дэнзигер.
По ее словам, это не означает, что бренды класса люкс должны обязательно удешевлять свои продукты, но им придется соответствовать изменившимся ценностям клиентов.
«Они должны проникнуть в самую суть того, что отвечает представлениям о значимости товаров, за которые их нынешние и потенциальные клиенты готовы заплатить», - говорит она.
