Как сообщили представители компании Tanzanite Experience, запрет на экспорт необработанного танзанита весом более 5 каратов помог ей увеличить выручку.
Ответственный руководитель по продажам компании Тереза Калагхе (Theresa Kalaghe) отметила в интервью корреспонденту Rough & Polished на завершившейся недавно ювелирной ярмарке в Аруше, Танзания, что, хотя компания выиграла от запрета, правительству все равно следует развивать ограночный сектор для противодействия контрабанде драгоценных камней в стране.
"При экспорте необработанного танзанита сложно много заработать, однако после огранки красота и стоимость камней растет вместе с выручкой", - добавляет она.
"Правительству страны следует поддерживать запрет на экспорт танзанита и создавать больше рабочих мест для огранщиков в Танзании, поскольку, если лишь запретить экспорт необработанных камней без достаточных рынков сбыта и объемов огранки, то контрабанда будут расти", - продолжает Калагхе.
![20160419_104608[1].jpg](/upload/medialibrary/478/20160419_104608[1].jpg "20160419_104608[1].jpg")
Запрет на экспорт необработанного танзанита был введён в Танзании в конце 2010 года для того, чтобы создать большую добавленную стоимость от продажи камней, а также для противодействия контрабанде.
Данный запрет почувствовали на себе многие огранщики по всей Азии, которые зависели от поставок танзанита.
Контрабанда танзанита обычно осуществлялась через Кению, добавила Калагхе.
Между тем, менеджер по маркетингу Mainland Gemstone Идд Кавамба (Idd Kawamba) сказал Rough & Polished, что запрет следует снимать лишь в том случае, если у Танзании не будет возможности огранять необработанные камни в достаточном объеме.
"Запрет на экспорт крупных камней стал большой проблемой для дилеров", - говорит он.
"Потребление драгоценных камней в Танзании крайне невелико, и потому большая их часть отправляется на экспорт. Даже если мы будем оставлять драгоценные камни внутри страны и создавать ювелирные украшения с ними, никто из жителей страны не сможет их себе позволить, хотя возможно, что через несколько лет некоторые из местных жителей и смогут купить кольцо стоимостью $5 млн. Если правила экспорта продолжат оставаться жесткими, для нас это станет проблемой".
Он добавил, что доминирующее положение компании TanzaniteOne не позволяло многим более мелким местным фирмам оставаться на плаву.
"Они доминировали на рынке, устанавливая свои собственные цены, однако теперь все по-другому, и мы можем вести бизнес", - добавляет Кавамба.
![20160420_133722[1].jpg](/upload/medialibrary/b51/20160420_133722[1].jpg "20160420_133722[1].jpg")
Компания Richland Resources была вынуждена продать свою 50-процентную долю в TanzaniteOne правительству через своего инвестиционного партнёра Stamico.
Со временем Richland вышла из бизнеса по добыче и продаже танзанита, поскольку, по словам представителей компании, власти Танзании не смогли остановить нелегальные операции по добыче на концессиях компании мелкими старателями.
Мэтью Няунгуа, шеф-редактор Африканского бюро Rough&Polished из Аруша, Танзания
Ответственный руководитель по продажам компании Тереза Калагхе (Theresa Kalaghe) отметила в интервью корреспонденту Rough & Polished на завершившейся недавно ювелирной ярмарке в Аруше, Танзания, что, хотя компания выиграла от запрета, правительству все равно следует развивать ограночный сектор для противодействия контрабанде драгоценных камней в стране.
"При экспорте необработанного танзанита сложно много заработать, однако после огранки красота и стоимость камней растет вместе с выручкой", - добавляет она.
"Правительству страны следует поддерживать запрет на экспорт танзанита и создавать больше рабочих мест для огранщиков в Танзании, поскольку, если лишь запретить экспорт необработанных камней без достаточных рынков сбыта и объемов огранки, то контрабанда будут расти", - продолжает Калагхе.
Запрет на экспорт необработанного танзанита был введён в Танзании в конце 2010 года для того, чтобы создать большую добавленную стоимость от продажи камней, а также для противодействия контрабанде.
Данный запрет почувствовали на себе многие огранщики по всей Азии, которые зависели от поставок танзанита.
Контрабанда танзанита обычно осуществлялась через Кению, добавила Калагхе.
Между тем, менеджер по маркетингу Mainland Gemstone Идд Кавамба (Idd Kawamba) сказал Rough & Polished, что запрет следует снимать лишь в том случае, если у Танзании не будет возможности огранять необработанные камни в достаточном объеме.
"Запрет на экспорт крупных камней стал большой проблемой для дилеров", - говорит он.
"Потребление драгоценных камней в Танзании крайне невелико, и потому большая их часть отправляется на экспорт. Даже если мы будем оставлять драгоценные камни внутри страны и создавать ювелирные украшения с ними, никто из жителей страны не сможет их себе позволить, хотя возможно, что через несколько лет некоторые из местных жителей и смогут купить кольцо стоимостью $5 млн. Если правила экспорта продолжат оставаться жесткими, для нас это станет проблемой".
Он добавил, что доминирующее положение компании TanzaniteOne не позволяло многим более мелким местным фирмам оставаться на плаву.
"Они доминировали на рынке, устанавливая свои собственные цены, однако теперь все по-другому, и мы можем вести бизнес", - добавляет Кавамба.
Компания Richland Resources была вынуждена продать свою 50-процентную долю в TanzaniteOne правительству через своего инвестиционного партнёра Stamico.
Со временем Richland вышла из бизнеса по добыче и продаже танзанита, поскольку, по словам представителей компании, власти Танзании не смогли остановить нелегальные операции по добыче на концессиях компании мелкими старателями.
Мэтью Няунгуа, шеф-редактор Африканского бюро Rough&Polished из Аруша, Танзания
