Автор: Дэвид Маккей (David McKay)
(miningmx.com) - Пол Данн (Paul Dunne) говорит, что над ним насмехались за его заявление о том, что Northam Platinum станет производить 1 миллион унций металлов платиновой группы (МПГ) в год.
Эти насмешки, возможно, были полностью оправданы: когда Данн возглавил фирму семь лет назад, к нему относились с некоторым скептицизмом.
Он был директором Impala Platinum, второго по величине производителя МПГ в Южной Африке, но в должности генерального директора считался непроверенным. У него был конфликт с тогдашним генеральным директором Implats Теренсом Гудлейсом (Terence Goodlace), и он в ярости ушел.
Когда он пришел в Northam, компания находилась в тяжелом состоянии: крупная задолженность, один актив и недофинансирование планов по развитию. Шахта Зондерайнде (Zondereinde) компании Northam имела отличные запасы, но была проблемной с геологической точки зрения. А тут появился этот новый генеральный директор, который говорит о расширении.
Вопросы о пригодности Данна, на которые был дан исчерпывающий ответ, были ничем по сравнению с тем, что происходило на рынке МПГ.
На фоне сегодняшнего стремительного роста цен на МПГ трудно вспомнить, насколько тяжелой была ситуация для горнодобывающих предприятий этой отрасли в 2013 году.
«У нас был самый глубокий спад в истории отрасли МПГ», - сказал Данн в офисе компании на севере Йоханнесбурга. К концу падения цен два производителя платины прекратили свою деятельность, а показатели балансовых отчетов отрасли резко понизились.
Не имея денег на расходы, компании по добыче МПГ остановили проекты, что ограничило способность отрасли реагировать на восстановление спроса. Данн описывает это состояние как «глубокую травму», которая нанесла ущерб активам отрасли. Фактически, это является основной причиной сегодняшнего роста цен на каждый металл в так называемой корзине МПГ.
В 2013 году палладий торговался по $680 за унцию. Сегодня он стоит примерно на $1 800 за унцию больше. Между тем, цена на платину медленно, но неуклонно восстанавливается. Есть и другие металлы. Огромный дефицит предложения привлек внимание к довольно малоизвестным частям Периодической таблицы. Рутений и иридий, ранее являвшиеся второстепенными компонентами группы МПГ, теперь превратились в привлекательные. Другой металл - родий - ценится настолько, что на него, как ожидается, будет приходиться примерно половина общих поступлений от МПГ в этом году, несмотря на то, что на его долю приходится 10% от всего объема производства.
Данн считает, что дефицит предложения настолько значительный, что цены такого уровня сохранятся по крайней мере еще десять лет.
Движущей силой повышения цен стало применение МПГ в автомобилях, в основном работающих с бензиновым двигателем, благодаря ужесточению стандартов выбросов и принятию Китаем «голубых» стандартов выбросов. Потребители также покупают более крупные автомобили: более двух третей всех автомобилей, проданных в США, - это грузовики или внедорожники. Даже в Европе - на родине компактных автомобилей - впервые крупнейшие объемы продаж пришлись на внедорожники. Более крупные автомобили означают больше выбросов углерода, что требует большего количества автокатализаторов, содержащих МПГ.
«Существуют довольно серьезные побочные эффекты, связанные со спросом, которые привели к совокупному увеличению нагрузки МПГ по крайней мере на 25%, если взять их всех вместе, - говорит Данн. - И наблюдаются такие сильные спады, которые произошли в горнодобывающей отрасли, и все это представляет собой довольно жесткое состояние рынка, которое мы сейчас видим».
Превышение одного миллиона унций
Данн ожидает, что Northam повысит объем производства МПГ до миллиона унций примерно к 2024 году. Это некоторое улучшение, учитывая, что в 2015 году добыча составила около 380 000 унций, в основном на шахте Зондерайнде. Он говорит, что ключевым элементом в деятельности Northam была сделка по расширению экономических прав и возможностей чернокожих (black economic empowerment, BEE), достигнутая в 2014 году. Хотя он характеризует эту сделку как «нежелательную» из-за ее сложности, тем не менее, она позволила привлечь 4,2 млрд рандов в виде фондов расширения, которые Данн использовал для приобретения активов «по смешным ценам». Они включали Эверест Саут (Everest South), приобретенный за 450 млн рандов у Aquarius Platinum; Эланд Платинум (Eland Platinum) за 175 млн рандов у компании Glencore; а самой крупной из всех сделок стало приобретение резервов, хранящихся в расширенной шахте Амандельбульт (Amandelbult) компании Amplats, за 1 млрд рандов.
Естественно, вопрос заключается в том, что Данну делать дальше, особенно с учетом того, что Northam завершила свою сделку с BEE на четыре года раньше, что сняло огромные обязательства с показателей балансового отчета. Есть план перераспределения дивидендов, но есть также большая возможность восполнить дефицит предложения в следующем десятилетии, если прогнозы по рынку верны.
«Я действительно верю, что рынку нужен металл, и на мой взгляд, количественная оценка показывает, что только для автомобильной отрасли спрос на МПГ увеличится с 13 млн до 16 млн унций в год, - говорит он. Итак, вопрос в том, откуда появятся дополнительные три миллиона унций. - Некоторые из них будут поступать из России, но южная часть Африки также должна отреагировать».
По этой причине Данн не видит, что Northam делает неожиданные стратегические сдвиги в своей ключевой деятельности. Стоит отметить, что Sibanye-Stillwater, компания-конкурент, намеревается увеличить объем производства золота, также добавив к этому металлы для аккумуляторов, такие как литий.
Даже Implats упомянул, хотя и в довольно сдержанном, слегка двойственном тоне, о потенциале диверсификации металлов. У Данна ничего такого нет: если Northam хочет остаться в бизнесе МПГ, он должен остаться в Южной Африке. «Это не всегда те слова, которые вы можете услышать от некоторых конкурентов, но мы твердо считаем себя южноафриканским производителем МПГ с большими возможностями в Южной Африке».
Следует также поблагодарить науку за то, что она уделяет основное внимание Южной Африке промышленном использовании МПГ в будущем. Быстрое развитие водородных технологий открыло перспективы для производства аккумуляторов на топливных элементах и предоставило МПГ роль в разработке электромобилей и глобальной декарбонизации, которая не казалась столь очевидной всего четыре года назад.
«Есть три металла, которые будут иметь важное значение для водородной экономики, - говорит Данн. - Определенно, это платина как в производстве, так и в использовании; иридий для производства зеленого водорода и рутений при использовании водорода в топливных элементах». К числу важных металлов он добавляет еще один - родий. «Угадайте, где они все находятся? В Южной Африке».
Удобно, что металлы также преимущественно встречаются в виде оруднения, известного как «UG2». UG2 ниже уровня рифа Меренского, что, как следствие, ценится выше. Или ценилось. Однако водородные технологии выдвинули на первый план ресурсы UG2, которыми богата Южная Африка.
«Я думаю, что водород громко о себе заявит, - говорит Данн. - В этом десятилетии вы увидите множество событий, и вы сможете представить, как это будет выглядеть в 2030-х годах. Это очень многообещающе».
