Автор: Роберт Джеймс (Robert James), Член Геммологической ассоциации (FGA), высшая экспертная квалификация (GG)
(southernjewelrynews.com) - Как специалиста по страхованию имущества и страхованию от несчастных случаев, специализирующегося на страховых претензиях по дорогостоящим ювелирным изделиям, меня часто вызывают в качестве консультанта по судебным разбирательствам и в качестве свидетеля-эксперта, когда претензии обостряются из-за споров о страховом покрытии. Практически во всех оспариваемых исках есть один общий знаменатель: завышенные оценки, сделанные розничными ювелирами в качестве инструмента продаж.
Что такое «завышенная оценка»?
Помимо распространенного мнения о том, что завышенная оценка - это оценка с искусственно завышенной ценой, существуют проблемы завышенного качества и происхождения. Обычно это является результатом того, что розничный ювелир использует «оценку» в качестве инструмента продаж. Затем эта завышенная оценка используется для создания страхового полиса, и застрахованный платит страховые взносы на основании информации, содержащейся в оценке. Часто потребители не знают, что страховые полисы распространяются на ювелирное изделие, а не на документ об оценке. Если оценка оказывается неточной, она меняет способ рассмотрения страхового возмещения. В случае утери или повреждения изделия страховая компания опирается на информацию об изделии, а не на его оценочную стоимость, если только не действует специальный полис. Когда изделие утеряно или повреждено, обычно возникает вопрос о завышенной оценке. Вот пример, с которым я недавно разбирался:
Розничный ювелир продал свадебный набор паре, представив его как «изготовленный на заказ» набор, созданный ювелиром.
Набор был оценен в $18 000, но продан за $12 000. Кольца потерялись. При изучении оценочных документов и фотографий было обнаружено, что свадебный набор не был кольцом, «изготовленным на заказ», а был из запасов, включенных в каталог оптовых ювелирных изделий. Страховая компания может заменить комплект за $11 500. Страхователь потребовал полную оценочную стоимость в размере $18 000. Полис содержал строгое покрытие заявленной стоимости, согласно которому в случае убытка застрахованный мог принять либо замену, предложенную страховой компанией, либо сумму, равную стоимости замены имущества, предложенной страховой компанией. Страхователь применил пункт об оценке и арбитражную оговорку в полисе, но страховщик обладал приоритетом. В конце концов, розничный ювелир, ложно заявивший, что кольцо «изготовлено на заказ» с завышенной оценочной стоимостью, ввел покупателя в заблуждение и вызвал возмущение. Вина за дело была возложена на магазин розничного ювелира за предоставление ложной информации и завышение стоимости, а покупатель имел повод для судебного иска против ювелира.
Это реальный случай, который подчеркивает проблему, связанную с тем, что ювелиры дают оценки, которые неточно отражают качество и стоимость оцениваемого предмета, будь то новая покупка или нет. Описание, изложенное в оценке, является основанием, которое определяет замену. Если оценочная стоимость завышена, она в конечном итоге выйдет наружу. Если была предоставлена ложная информация об изделии в отношении качества или происхождения, это очень часто также выявляется. Когда это происходит, меняется способ рассмотрения претензии страховой компанией, и ответственность за произошедшее возлагается на розничного ювелира.
Оценка ювелирных изделий никогда не должна использоваться в качестве инструмента продаж. Это юридически обязывающие документы, являющиеся неотъемлемой частью страхового полиса, юридического договора между страховщиком и страхователем. Когда оценка содержит ложную или вводящую в заблуждение информацию, это создает хаос для всех. Это также может стать причиной судебного разбирательства против розничного ювелира или оценщика.
Завышенные оценки могут сработать как инструменты продаж во время продажи, но они представляют собой бомбу замедленного действия, которая может сработать в случае страхового возмещения.
Роберт Джеймс, Член Геммологической ассоциации (Fellow of the Gemmological Association, FGA), обладатель диплома высшей экспертной квалификации (Graduate Gemologist, GG), является президентом Международной школы геммологии (International School of Gemology).
