«Стервятники» кружат над «трупом» De Beers, но для Африки дележ добычи только начинается

Над «трупом» компании De Beers кружат «стервятники». После того как в 2024 году корпорация Anglo American отразила много попыток поглощения, предпринятых BHP Group, она приняла решение о реструктуризации бизнеса.

В прошлом году Anglo American продала свое подразделение по добыче металлов платиновой группы (МПГ), которое теперь успешно развивается под новым названием - Valterra Platinum.

Anglo также выставила на продажу и компанию De Beers, однако процесс ее отпочкования пошел по иному сценарию, нежели в случае с МПГ.

С тех пор серия снижений стоимости активов сократила балансовую стоимость De Beers на $2,3 млрд. Согласно сообщениям, Anglo American готова продать свою долю в компании всего за $1 млрд, что является печальным итогом, учитывая, что в 2011 году компания выкупила 40% акций De Beers у семьи Оппенгеймеров (Oppenheimer) за $5,1 млрд, чтобы довести свою долю в алмазодобывающем гиганте до 85%.

Теперь, по имеющимся данным, люксовый гигант Richemont - владелец бренда Cartier - и американский розничный гигант Signet Jewelers ведут переговоры с целью прибрать к рукам оставшиеся активы.

Для западных наблюдателей это является классическим примером вынужденной продажи активов в критической ситуации.

Частный акционерный капитал, люксовые дома и розничные сети проявляют большой интерес к Global Diamond Consortium (GDC), стремясь приобрести небольшие доли. Они надеются извлечь хоть какую-то выгоду из сектора, который серьезно пострадал от падения спроса на предметы роскоши в Китае и стремительного распространения выращенных в лаборатории бриллиантов.

Однако, пока «стервятники» занимаются дележом компании De Beers, они упускают из виду более масштабные перемены, происходящие на другом уровне.

На протяжении десятилетий Африка обеспечивала около 70% мирового объема алмазов в стоимостном выражении только для того, чтобы наблюдать за настоящим богатством, а основная часть прибыли, поступающая от огранки, полировки, брендирования и розничных наценок, оседала за тысячи километров от африканского континента.

Сейчас, когда старая монополия отрасли рушится под тяжестью ее циклического спада, Global Diamond Consortium меняет правила владения активами.

Учитывая, что Ботсвана близка к заключению соглашения об увеличении своей доли в компании примерно до 25%, а Намибия и Ангола тоже принимает активное участие в переговорах, африканский континент перестает быть просто поставщиком алмазного сырья, он становится основным участником и собственником. 

Д-р М’зе Фула Нгейнгей, председатель Африканского алмазного совета (African Diamond Council), недавно заявил в интервью информационно-аналитическому агентству Rough&Polished, что обвал рынка является не страшным предзнаменованием, а громким призывом к действию.

Прогнозируемое в этом году сокращение объема предложения природных алмазов до уровня ниже 95 млн каратов, - что является самым низким показателем с 1987 года, - не должно вызывать паники.

Напротив, Нгейнгей рассматривает это как процесс освобождения.

По его мнению, рынок проходит через процесс самокоррекции после десятилетий «преднамеренного расточительства».

Нгейнгей считает, что уход «старой гвардии» и сокращение рынка открывают для Африки - впервые за целое поколение - единственную уникальную возможность переместиться с самого низа цепочки создания стоимости на ее вершину.

Большое стремление частных инвесторов и люксовых конгломератов укрепить свои позиции доказывает, что сам этот актив по-прежнему высоко ценится.

Однако фундаментальные законы экономики дефицита вновь вступают в силу, и на этот раз Африка намерена сама извлечь из этого выгоду.

Ирония текущего момента очевидна: компании Richemont и Signet стремятся войти в консорциум, который все больше определяется африканским суверенитетом.

Соглашаясь на увеличение своей доли, которая, впрочем, остается миноритарной, правительство Ботсваны и его партнеры стратегически обеспечивают, чтобы контроль над De Beers вновь не оказался в руках людей, сидящих в далеких от Африки залах заседаний.

Возможно, вокруг и кружат «стервятники», но кружат они лишь над пустой оболочкой бывшей монополии.

Настоящим призом является не корпоративный «труп» в Лондоне или торговые площадки Антверпена, а стандарты, новая концепция и будущее самих алмазов.

Если Африка проявит мужество и единство, к которым призывает Нгейнгей, то «падальщики» обнаружат, что континент уже забрал себе все самое ценное.

Мэтью Няунгуа, главный редактор, Rough&Polished